Каким может быть аскетизм

Московская Сретенская  Духовная Академия

Каким может быть аскетизм

683



У меня, как у православного священника, существует некоторая сложность. Она заключается в том, чтобы не рассматривать духовную жизнь и аскетический путь развития отношений человека с Богом так, как если бы это был по сути только один путь для всех, и будто я точно знаю, как он должен выглядеть. По моему собственному опыту, причина этого затруднения связана с тем, какие книги и жития святых я нахожу полезными и вдохновляющими, и с тем, что из всего этого помогло в моей собственной жизни. Но если быть честным, не всегда и не все срабатывает и у меня.

Как пастырь, я иногда испытываю искушение рекомендовать другим аскетические упражнения, о которых читал, но сам их не соблюдал. По мнению моего епископа и многих отцов Церкви, этого никогда не следует делать. Конечно, я хочу раскрыть другим истинное учение Церкви, показать верный путь к спасению, но на этом пути я сам тоже много раз совершал ошибки. Например, я читаю нечто обличающее и вдохновляющее: о том, как подготовиться к Святому Причастию, как правильно молиться или поститься Великим постом. И бывает, что прежде, чем все сказанное будет применимо на практике в моей жизни, я делюсь этим с другими. 

Большинство людей, живущих в миру, не достигает того уровня аскезы, который я им советую. Да и сам я этого уровня полностью достичь не могу. И если кто-то из моих прихожан подходит ко мне и говорит: «Отец Михаил, я не могу этого сделать, не могу применить это в своей жизни», я призываю их начинать с малого и двигаться маленькими шажками. 

Однако я начал понимать, что заставляю некоторых своих прихожан испытывать ненужное и бесполезное беспокойство. Я становлюсь источником смущения и разочарования, потому что взял то, что вдохновляет меня как священника и в своем роде лидера в Церкви, и передал это дальше – моим прихожанам, сам предварительно не переварив этого, и без необходимых пояснений. Но прихожане находятся на разных стадиях духовного роста. Ведь многие из них порой едва находят время прийти в храм в воскресенье. 

В Церкви существует множество путей, ведущих к святости. Например, многие беременные и кормящие женщины признавались мне, что чувствуют вину за то, что не постятся во время Великого поста, хотя Церковь попускает им не держать пост. Среди моих прихожан много молодых семей, и я часто говорю им, что вынашивание и кормление ребенка уже является аскетической практикой. Также тот, кто тайно подает милостыню, или стойко переносит болезни, или много молится, делает одно и то же дело по спасению своей души. 

В Церкви существует множество путей, ведущих к святости

Отец Фома Хопко однажды сказал, что величайшее свидетельство о Христе, которое человек может показать в современном мире, – это оставаться в браке. Я знаю людей, чей величайший аскетический труд состоит в том, что они просто остаются в браке. Для них это – мученичество и подвиг, которые можно сравнить с подвижничеством преподобного Симеона Столпника. 

Канон утрени в субботу сырную повествует о том, что существует большое разнообразие путей, которым следуют святые подвижники Церкви. И далее в этом каноне перечисляются некоторые святые и кратко описывается их уникальный аскетический путь, которым каждый из них шел к святости. 

Два моих любимых святых нашего времени: преподобные Паисий Святогорец и Порфирий Кавсокаливит – являются прекрасными примерами двух подвижников, проживших совершенно разные жизни. 

Большую часть своей жизни старец Паисий прожил в монастырях, преимущественно на Святой Горе Афон, придерживаясь строгого монашеского образа жизни. Старец Порфирий тоже начал свою монашескую жизнь на Святой Горе, но не смог соблюдать правила поста и по состоянию здоровья был вынужден покинуть Афон. Ему нужно было регулярно есть животный белок, преимущественно яйца и сыр, чтобы сохранить свое здоровье. Старец Порфирий впоследствии стал больничным капелланом в большой больнице в очень оживленных Афинах. Эти мужи, практикуя совершенно разный образ жизни, стали в итоге святыми. Они оба – святые.

И если существует такое разнообразие в монашеской аскетической практике, то не следует ли и нам так же ожидать разнообразия в аскетической практике и образе жизни мирских людей? В миру существуют скрытые святые, чей подвиг состоит в том, чтобы любить ребенка-инвалида и заботиться о нем или о стареющем родителе, или любить супруга с трудным характером, или управлять молодежным лагерем, даже если собственные дети уже выросли, но больше нет никого, кто хотел бы этим заниматься. 

Сколько мужчин и женщин умножают данный им талант, просто собирая всю семью в церковь по воскресеньям! Для таковых просто попасть в храм всей семьей – это уже подготовка к Святому Причастию. Многие из них тайно и тихо молились все утро простой молитвой: «Господи, помилуй», собирая своих детей и медлительную супругу, приводя их в порядок, одеваясь и отправляясь всей гурьбой в церковь. И эти тайные молитвенные вздохи «Господи, помилуй» для них были большей подготовкой к Святому Причащению, чем если бы они прочитали все каноны, службы и молитвы во всех служебниках и молитвословах вместе взятых. Да, аскетизм может принимать разные формы.

Сколько мужчин и женщин умножают данный им талант, просто собирая всю семью в церковь по воскресеньям!

Конечно, я не говорю, что Церковь совсем не предписывает правил поста и молитв. Но именно врач должен следить за тем, чтобы рецепт, данный в медицинском руководстве, был адаптирован к состоянию здоровья конкретного пациента. Неразумно, если врач даст всем своим пациентам копии одного и того же рецепта, предварительно не выяснив состояние каждого из них и не объяснив больным, как следует применять рецепт, в зависимости от состояния каждого.

Как священник, я тоже должен быть осторожен в распределении духовных и аскетических предписаний Церкви, чтобы ненамеренно не причинить людям вреда больше, чем пользы, чтобы не вызвать у них отчаяния вместо надежды, чтобы не посеять вины и смятения там, где думал, что сею вдохновение или даю нужную информацию. И это особенно актуально, когда я делюсь чем-то, что сам не практиковал. 

Да, большинству одиноких взрослых людей, у которых, кроме самого себя, нет никого, за кого бы они несли ответственность, час, проведенный в молитве перед Причастием, напомнит о собственном недостоинстве и великой ценности Духовной Жемчужины, которую им предстоит принять. Однако предъявлять такое требование к родителю, потратившему не менее двух часов на духовную брань и аскетический труд по подготовке похода семьи в церковь, может быть не только излишним, но даже вредным. Это может стать дополнительным бременем вины и разочарования для человека, который уже и так доведен до аскетического экстрима.

Моя жена однажды сказала мне, что я в своем роде – максималист. Если нужно прочитать какую-то молитву, я обычно молюсь ею. Если нужно отслужить что-то, я обычно служу, даже если никто не приходит на службу в храм. Это потому, что я нахожу жизнь в молитве, особенно – в совершении церковных богослужений. А для моей жены достаточно прийти в церковь воскресным утром. Во время Великого поста она обычно посещает одну службу в середине недели – литургию Преждеосвященных Даров в среду. И для нее этого достаточно. 

И кто-то, кто ее не очень хорошо знает, мог бы подумать: «О, Боже, какой плохой пример для матушки! Неужели она не понимает, что всенощное бдение в субботу – это необходимая подготовка к Причастию? Разве она не знает, что нужно посещать великопостные службы, ведь они готовят нас к Страстной неделе?» 

Однако этот человек не может видеть и слышать, сколько акафистов и канонов матушка читает посреди ночи! Другие не видят, сколько часов она каждый день проводит в молитве, когда пишет иконы. Конечно, они никогда не смогут увидеть, сколько слез боли и разочарования она пролила на протяжении многих лет, пытаясь найти свой индивидуальный аскетический путь, дающий ей жизнь. Часто люди не понимают, что внутри Церкви существует более одного пути к святости.

Поэтому, подвизаясь этим Великим постом, будем осторожны в сообщении друг другу аскетических практик и традиций, предусмотренных в Православной Церкви. Наша цель – святость, а не конформизм. Не будем забывать предостережение Христа иудейским законникам, которые «связывают бремена тяжелые и неудобоносимые и возлагают на плечи людям, а сами не хотят и перстом двинуть их» (Мф. 23: 4).


Священник Михаил Гиллис 

Перевела с английского Александра Калиновская 

Сайт: Ancientfaith