232
Часть 1, Часть 2
Причины страсти сребролюбия в семейной жизни
В семье страсть сребролюбия проявляется обычно, когда муж ругает жену за то, что она много тратит, а жена упрекает мужа за то, что он мало зарабатывает. Конечно, к этому может примешиваться и многое другое: страсти не всегда действуют поодиночке, иногда происходит переплетение разных страстей. Но в данном примере мужа и жену не устраивает положение дел, им хочется чего-то большего, поэтому они укоряют друг друга.
Конечно, здесь включаются и какие-то более сложные механизмы, ведь из-за чего происходит страсть сребролюбия в своей глубине? Нам иногда кажется, что человек хочет много денег, имущества, для того чтобы иметь доступ более широкому спектру удовольствий. И это действительно так: чем больше средств, тем больше удовольствий может позволить себе человек. И необязательно эти удовольствия абсолютно греховные, но именно деньги открывают перед человеком широкий горизонт возможностей.
Однако не всегда удовольствия являются основным движущим мотивом греха. Страх перед будущим тоже является причиной страсти сребролюбия. Когда у тебя есть некая сумма денег, некий «неприкосновенный запас», ты чувствуешь себя спокойнее, понимаешь, что будущее более или менее предсказуемо; а если у тебя много денег, то это будущее еще более предсказуемо. Это как в евангельской притче о богаче, который говорил себе: душа! много добра лежит у тебя на многие годы: покойся, ешь, пей, веселись! (Лк. 12:19). Когда ушли страхи, фобии, человек расслабился и подумал: «Как же хорошо! Наконец-то я не боюсь, что через год моей семье будет нечего есть…» Поэтому очень часто желание получить материальные средства возникает вследствие страхов, боязни неопределенного будущего. Конечно, все это завязано на неверии Богу, когда Бог не является основанием жизни человека, когда он верит в Бога, но не до конца. Поскольку Бог невидим, то в Его бытии можно даже усомниться, и еще неизвестно, поможет Он мне или нет… А материальные средства осязаемы: вот участок, вот машина, вот деньги. Поэтому они производят большее воздействие на человека, чем Бог, Которого мы не видим и в Которого верим только тогда, когда у нас бывает какой- то духовный подъем.
Не думайте, что, раскрывая эту тему, я хочу кого-то обличить или над кем-то посмеяться. Нет, я рассуждаю, в том числе и о себе. И призываю вас присмотреться к себе и увидеть это. Не для того, чтобы в очередной раз почувствовать себя ничтожеством, но для того, чтобы по возможности расстаться с тем, что принижает в нас то божественное достоинство, которым мы наделены.
Причины сребролюбия в церковной жизни
Еще одна очень сложная тема — это деньги в нашей церковной жизни. Если к самим себе мы относимся снисходительно, говоря: «Я мирянин, что с меня возьмешь?» — то от священников мы хотим, чтобы они подавали нам пример. Мы не можем обойти стороной вопрос о том, как страсть сребролюбия действует в духовенстве и как она действует в церковной жизни вообще. Об этом нужно поговорить для того, чтобы мы не осуждали тех священников, которые на самом деле не заслуживают этого осуж дения, и чтобы мы лучше понимали друг друга.
Что такое роскошь? Это некие излишества, которые не имеют отношения к решению жизненно важных проблем: здоровья, содержания детей и дома. Это нечто такое, что человек приобретает либо для статуса, либо потому, что ему просто хочется. Можно провести аналогию с едой, когда человек понимает, что на самом деле ему требуется меньше еды для того, чтобы организм жил нормально, то есть его голод по большей части психологический, а к реальным потребностям отношения не имеет. Нечто подобное может иметь место и в отношении каких-то материальных вопросов. Именно это и подразумевается под роскошью.
Мы как прихожане православных храмов не можем преодолеть проблему каких-то материальных излишеств в среде духовенства по одной простой причине: пока право славные люди не будут готовы взять на себя ответственность за свой приход, те или иные злоупотребления будут продолжаться — те, которые нам не нравятся и которые мы осуждаем.
Представьте, что вы — прихожане конкретного храма и вы заинтересованы в том, чтобы этот храм действовал, чтобы в нем совершались богослужения, чтобы пел хороший хор, который приятно было бы слушать. Вы заинтересованы в том, чтобы можно было бесплатно, без пожертвований, взять свечки и подать записки, покрестить и повенчать. Но у всего этого есть одно условие: если вы будете вместе регулярно скидываться на содержание это го храма. Средняя потребность прихода в месяц, допустим, от полутора до двух миллионов рублей. И представьте себе, что на каждый месяц с вас должны собрать эти деньги. Вы собираетесь вместе и решаете: кто у вас будет настоятель, сколько вы ему будете платить, сколько будете платить другому батюшке, у которого несколько детей, а сколько третьему, у которого детей нет. Представьте, что все это решаете вы. И тогда в нашей церковной жизни не будет темы осуждения духовенства в том, что кто-то из них что-то себе позволил.
Понятно, что у человека совестливого всегда будет стоять некий внутренний ограничитель своих желаний, своих потребностей. Но коренная причина того, что у вас как у прихожан может вызывать недовольство, — это именно такая организация, когда вы не интересуетесь, как живет приход. Вы приходите в храм, вам хочется, чтобы была служба, чтобы было все красиво и хорошо. Вы пришли и ушли, но у вас нет понимания того, что приход — это зона вашей личной ответственности. Именно личной, как в семье: вы понимаете, что если вы не принесете в дом зарплату, то у вас разрушится хозяйство и будут разные проблемы. А представьте, что к вашей семье, которую вы должны содержать, добавился еще и приход.
Это гораздо более высокий уровень воцерковленности и сознательного участия в церковной жизни. Он касается не только материальных моментов. Например, когда мы отказываемся от такой формулировки: «А у вас в церкви такой-то батюшка ездит на такой-то машине…» Если мы все — Церковь, то не «у вас», а «у нас».
Я не пытаюсь объяснить этим все проблемы. Ведь если в человеке действует страсть, то он будет реализовывать ее в любых ситуациях. Но мы должны понимать, что иногда наше безразличие к церковной жизни — когда мы выступаем как потребители духовных услуг — отчасти способствует негативной ситуации: спрос рождает предложение. Не думайте, что я занимаюсь каким-то критиканством, нет! Ведь и апостол Петр нас, священников, особенно предупреждал против двух вещей: пасите Божие стадо, какое у вас, надзирая за ним не принужденно, но охотно и богоугодно, не для гнусной корысти, но из усердия, и не господствуя над наследием Божиим, но подавая пример стаду (1 Пет. 5:2–3). Он предостерегает нас, священников, от двух грехов: от злоупотребления духовной властью («я — духовник, делай то, что я тебе сказал…») и от злоупотребления деньгами. Потому что люди при носят батюшке, жертвуют, чтобы им освятили машину, чтобы их покрестили и священник встает перед таким соблазном: кому-то нужно работать целый день за одну тысячу рублей, а батюшка помолился об освящении машины десять-пятнадцать минут, и ему «пожертвовали» эту же тысячу.
Мы понимаем, что для того, чтобы удержаться здесь в каких-то здравых рамках, нужно самому себе поставить некий ограничитель, не превратить священнослужение в заколачивание денег, отказавшись при этом от просвещения и от всего остального. К примеру, людям нужно освятить машину — пожалуйста! Начнешь задавать лишние вопросы — к тебе больше не приедут ни крестить, ни машину освящать. Скажут: «Этот батюшка что-то много говорит. Мы к нему приезжали, он нам машину освятил, а потом еще сказал, что надо соблюдать правила дорожного движения, что нельзя ругаться за рулем, что нельзя расслабляться, если мы машину освятили… Зачем нам выслушивать всякие нравоучения? А вот мы тому батюшке пожертвовали, и он без всяких слов освятил машину. Ездим прекрасно, вот настоящий священник!..»
Я не говорю, что большинству людей этого хочется, но это явление присутствует в нашей жизни, и, вне всякого сомнения, оно так или иначе вращается вокруг того порока, о котором мы с вами сейчас говорим.
Сребролюбие в повседневной жизни
Часто люди спрашивают прямо: «Являюсь ли я сребролюбцем, если я не плачу, при возможности, за проезд?» В общем, речь идет о любых действиях, когда человек так или иначе обманывает государство, хотя бы по мелочи: там ручку унес с работы, там скрепку, там еще что-нибудь…
Представьте, например, человека в достаточно пожилом возрасте (а пенсионный возраст подняли), который из кожи вон лезет, чтобы как-то свести концы с концами. У меня язык не повернется, чтобы начать его поучать: «Как же вы плохо сделали, что бесплатно проехали, это ведь грех какой!» А при этом сам я езжу на машине и меня эти проблемы вообще не касаются. Согласитесь, выглядит очень некрасиво. А с другой стороны — человек, который на своем автомобиле остановился на платной парковке и поднял багажник, чтобы номер его автомобиля не зафиксировали камеры и его не оштрафовали за бесплатную парковку. Но если у тебя есть автомобиль, и, может быть, хороший, ты ездишь на нем по центру города, то у тебя же есть средства заплатить за парковку? Тогда это грех!
В первом случае формально что-то нарушено: ведь действительно, плохо же ездить зайцем, правда? Но если посмотреть на жизнь человека, взять ее контекст, тогда все может предстать совсем в другом свете.
Некоторые святые, надо сказать, были весьма состоятельными людьми. Почитайте, например, житие святителя Григория Богослова, который был сыном самого настоящего помещика. Его отец, епископ, был помещиком, имел рабов и т. д. А кто-то наоборот, как, например, Алексий, человек Божий, сознательно избрал нищету. Разные есть примеры. Поэтому когда священник в проповеди обли чает богатство, он обличает не прихожан (вряд ли они все такие сребролюбцы). Если обличать людей действительно богатых, то, наверное, стоит обличать не богатство как таковое, а его неправедное употребление и жадность.
Как бороться со страстью сребролюбия
В жизни каждого из нас если не каждый день, то часто встречаются ситуации, где мы терпим некоторые материальные притеснения или ущерб от других людей. Эти ситуации нужно четко видеть и поступать в них на оборот: не по мирской, но по христианской логике. Например, если друг или подруга должны вам денег — простите им долг.
Еще нужно давать милостыню, но с рассудительностью, понимая, что деньги могут привести человека на плохой путь. (Иногда это действительно система игры в нищету, чтобы выманить деньги у доверчивых людей.) Поэтому я бы посоветовал, если это действительно человек нуждающийся, предлагать ему одежду и продукты. Но именно ту одежду, которую вы надели бы сами, те продукты, которые ели бы вы. Сейчас наступают холода, пойдите и купите теплых варежек, перчаток, носков — носите их с собой и отдавайте бездомным. Потому что при такой погоде у бездомных начинаются обморожения. Конечно, проще всего сунуть десять рублей, потому что это не весит ничего, а пойти купить продукты, одежду, принести их туда — вот это настоящая милостыня. И это тоже один из способов борьбы со сребролюбием.
В плане рассудительности очень интересно выражается святитель Иоанн Златоуст. (Может быть, кто-то увидит в его словах какую-то лазейку для себя, но если воспринимать этот совет здраво, то он многих успокоит.) Он говорит, что если у нас просят милостыню, то от нас требуется, чтобы человек не замерз и не умер от голода. То есть милостыня — это не когда ты повышаешь материальный уровень жизни твоего друга или кого-то еще, а когда ты не даешь человеку в тяжелой ситуации остаться без лекарств, без еды и т. д. В этом смысле, конечно, можно и не всякому человеку давать в долг.
Фрагмент из книги "Где начинается святость? Греховные страсти в человеке и борьба с ними"
под авторством епископа Пантелеимона (Шатова), протоиерея Вадима Леонова,
протоиерея Андрея Овчинникова, протоиерея Андрея Рахновского